Прогулка по Новосибирску

Очень, очень славный город. И погода ничего, только иногда включают очень холодный ветер, а так - нормально, где-то минус пять. Я смотрела прогноз, к выходным обещают похолодание до минус 30. Впрочем, я надеюсь успеть слинять отсюда.

Зато сегодня небо голубое и солнышко проглядывает. Здесь еще совсем, совсем зима, весны не чувствуется. Въезды во дворы с улиц сложные - в буграх заледеневшего снега. Дважды видела, как автомобили берут эти препятствия с разбега. Иначе не въехать.

Одежда. Ткани. Сибиряк - написано сверху на доме

Я здесь была два или три раза. Первый раз - году в 2002 - 2003. Тогда Новосибирск был еще совсем советским. Помню, как я говорила друзьям, что у меня было ощущение "минус двадцать лет". Второй раз - в 2006 году. И тогда я была удивлена, как сильно изменился город, насколько он стал современнее.

Как во всех городах, переживших резкий прыжок в будущее, здесь полно дивно эклектичных мест, где остатки старого времени более или менее гармонично пересекаются, вплетаются в новые.

Оставив Эльдорадо позади...

Вот перед нами лежит золотой Эльдорадо, и всего только надо распустить паруса...
Александр Ф. Скляр

Жизнь без нас, дорогая, мыслима…

Бродский

Мысль о тебе удаляется, как разжалованная прислуга,

     нет! как платформа с вывеской "Вырица" или "Тарту".

     Но надвигаются лица, не знающие друг друга,

     местности, нанесенные точно вчера на карту,

     и заполняют вакуум.

Тоже Бродский

Жизнь – рассказанная сумасшедшим повесть. Она шумна и яростна и ничего не значит.

Шекспир

Уже по обилию чужих слов понятно, как сложно мне подобрать свои.

У них нет сквозняка, оттого, что мое место свободно. (Это опять чужое, у Гребенщикова, помните? «Ты чувствуешь сквозняк, оттого, что это место свободно?»).

Я не скажу ни половины плохого слова об этой компании. Честно. Я – ресечер. Я все это время видела результаты исследований, которые сама запускала, адаптировала к рынку, анализировала результаты. Никто, так, как я, не знает потенциал этой компании – возможно, кто-то верит, но я не верю, я ЗНАЮ. Это лучше.

Мне жаль, что я в большинстве случаев не смогла пропихнуть свои знания и понимания хотя бы чуть-чуть дальше собственной головы. Но это было так. Я – как ученый, умеющий определять курс корабля по звездам. С секстантами, шуршащими по палубе картами, изысканными стройными телескопами. Я могу сказать, где подводные камни, где встречное, почти непреодолимое течение. Я сама – как тонко настроенный, точный, тихий, сложный инструмент. Но только инструмент измерения, бесполезный там, где нужен инструмент действия.

Ведь если ты умеешь чертить план постройки моста, ты не должен сам класть бордюрный камень, потому что положишь его сикось-накось, да еще и палец прищемишь, непременно. 

А теперь представьте себе корабль, который одновременно попал в шторм, и на него напали пираты. Вот будет кто-нибудь прислушиваться к мудрецу в белых одеждах с его «Норд-норд-вест 7 градусов»? Да не до того тут. И в этом нет никакой обиды ни для меня – таки норд-норд-вест, голову даю на отсечение. Ни для них – шторм, свистать всех наверх, форштевень треснул, бизань-мачта угрожающе раскачивается, на абордаж, нож в зубах, аах, мокрым парусом по башке. Ну точно как-то не до меня.