понедельник, 6 июня 2011 г.

Пробочка

Удивительно, как накапливаются вещи. Вроде бы совершенно недавно, разбирая старый шкаф, прежде, чем выкинуть его, избавилась от гор мусора. И вот опять, на этот раз, загружая шкаф новый, целый день курсировала между квартирой и помойкой…
А заходя в ванну, я каждый раз бросаю осторожный взгляд на бортик – там лежит пробочка.
В пятницу наш игручий кот куда-то ее задевал – обычную пробочку от ванной. Она же кругленькая, лежала, видно, на бортике, вот он и укатил ее куда-то. Я все обыскала, честно пройдя квартиру на четвереньках. Пробочки не было. А я очень люблю ванну с морской солью. То есть, я могу без нее обойтись, но… без ванны жизнь не кажется такой прекрасной, как обычно.
А без пробочки – никакой ванны.
Ну что делать, я сказала детям, что сейчас быстренько добегу до ближайшего хозяйственного магазинчика и куплю нам несколько пробок про запас. Ага. В ближайшем магазине пробок не было. Продавщицы сказали, что они могут быть на рынке, но рынок к этому моменту уже был закрыт. Да до него и пилить довольно долго. Пошла в другой хозяйственный, побольше и подальше. Там-то мне все и объяснили.
Пробки для ванн у нас больше не продаются. Это несовременно, поскольку приличные люди уже ванны поменяли на новые, со встроенными пробками. Блин. Блин. Блин. А я не стала менять свою ванну, она у меня вполне еще хорошая, чугунная, и мне нравится в ней лежать… с морской солью…
Боже мой, я живу в относительно новом доме, - думала я по дороге домой – и я не самый отсталый житель этого сумасшедшего города. Но продавцы в хозяйственном недвусмысленно сообщили, что вместо пробки надо поменять ванну. Как несоответствующую мегаполису. Вот в такие моменты начинаешь терять любовь к столице. Неужели они все живут в условиях евроремонта? Кроме меня? Но есть один факт и мы не можем не принять его во внимание: я не буду менять ванну из-за пробки.
На самом деле, ничего страшного не произошло. Ну, могла бы догулять на следующий день до строительного рынка в Матвеевском. Не первый раз. Или купить пробку в другом городе, не настолько выпендривающемся своими евроремонтами. Или еще что-то придумать. Не трагедия вроде бы, да.
Но тут, каким-то странным образом, как это бывает у женщин, моя неудача с пробкой для ванны сфокусировала в себе все мои проблемы. Как будто это была не черная пластиковая штучка, а лупа или линза. (Знаете, как солнечные лучи проходят через лупу, фокусируются и даже могут поджечь что-нибудь. Известный физический опыт. Так и меня мгновенно подожгло.)  И то, что я купила кондиционер маме, а поставить его не могу – рабочие не звонят и на мои звонки не реагируют. Заняты. Любой мужчина решил бы проблему с помощью нескольких эмоциональных выражений. И еще сыну надо делать ремонт в комнате. И дверца под раковиной в кухне, за которой мусорное ведро, опять висит на одной петле. И еще… И вся моя неспособность справиться с жизнью вообще – уже не в хозяйственном аспекте – а вообще… прошла сквозь эту пробочку и ударила меня так, что мог бы и фингал остаться в районе груди.
Я пришла домой в полной уверенности, что жизнь моя не удалась, профукана, проиграна, кончена и ничего хорошего в ней больше не будет. С женщинами такое бывает, даже с лучшими из них.
Я вошла и пошла мыть руки – я всегда мою руки, когда вхожу в дом. Даже, если бы я собиралась повеситься, я бы сначала вымыла руки, наверное. Навстречу мне из ванной стремглав вылетел кот. Он всегда вылетает стремглав, сбивая с ног, так что я даже не очень зафиксировала свое измученное собственной внутренней грызней внимание на этой белобрысой молнии. Но… На полу перед ванной лежала пробочка. Он принес ее обратно, понимаете?
Я вышла из ванной со странным чувством, что жизнь оказывается не так уж плоха. Кот сидел и смотрел на меня своими смешными светло-голубыми глазами. «Мам, - было написано на его чудесной морде – ну я же не знал, что ты будешь так расстраиваться… Да возьми свою пробочку, мам, я все равно уже нашел пакетик от чая… ну как нашел... вытащил из мусорки... там теперь такая щелочка, дверка висит неровно, и за ней еще так много интересного... я же молодец, да? Ты, главное, выражение лица измени немножко?»
Я абсолютно уверена, что это не случайно. Кот понял, что я в отчаянии, и каким-то образом связал это с пробкой для ванны. И принес ее назад. Это маленькое домашнее чудо, а вовсе не совпадение.
И вот сегодня я разбирала вещи, вытаскивала всякое ненужное и надоевшее на помойку, а заходя в ванну, каждый раз смотрела на пробочку. Она лежит на месте. И значит, жизнь еще может наладиться, обустроиться, перемениться, обновиться. И я не так уж плоха, справляюсь так или иначе. По крайней мере, меня еще любит мой белый хулиганский кот с голубыми глазами. Кстати, Джуд, что ты делаешь? Куда полез?! Джуд!!!

пятница, 3 июня 2011 г.

Мир без анютиных глазок

Я все читаю о Толстом. И вот думаю.
ЛН играет в городки
Он действительно был гением. Он чувствовал реальность, людей, Бога – может быть, как никто в его окружении. Но он совершил, на мой взгляд, классическую «мужскую» ошибку. Он решил, что понимает мир так хорошо, что может диктовать ему, каким быть…
В этом есть что-то очень мужское, да. Придумать теорию и начать ее изо всех сил запихивать в реальность. А реальность немедленно начинает по-женски сопротивляться и отталкивать Толстого.
Он придумал, что не должно быть частной собственности, денег – пытается отдать деньги, отказывается от прав на гонорары за произведения… Но эта попытка изменить мир приводит только к разладу в семье, к увеличению нагрузки на и без того сбивающуюся с ног Софью Андреевну, к требованию старших детей выделить им их долю наследства (при живых родителях), что может привести к ограничениям прав младших… Все мгновенно обостряется и запутывается.
И Толстой своей гигантской духовной силой все давит на мир, давит. Он решает, что можно отказаться не только от денег и собственности, но и от физических отношений между мужчиной и женщиной (этап «Крейцеровой сонаты»). Это еще более ухудшает отношения с уже немолодой женой и в общем и целом ни к чему не приводит. И так далее… Все попытки навязать миру свою волю, насильно сделать его другим, лучшим, только ухудшают реальное положение вещей вокруг самого графа. Но при этом не производят никакого впечатления на реальность по большому счету.
И я думаю, что нужно как-то не так… Наверное, для начала нужно отделить свой собственный индивидуальный мир от мира вообще. И понять, что если в первом и возможны перемены, то про второй мы и знать-то почти ничего не знаем, и изменить его не можем. Если, конечно, объективная реальность вообще существует, в чем мы с Джорджем Беркли сомневаемся.
А насчет первого – я верю, что его можно изменить, но вовсе, вовсе не грубым насилием – мол, с сегодняшнего дня жизнь будет такой. Точка. Нет, но можно четко для себя сформулировать намерение и аккуратно начать двигаться в эту сторону. Искать подходящие методики в первую очередь для работы с собой.

Утренняя прогулка

Сегодня утром оказалась по делам на Краснопресненской. И  не удержалась, прошлась пешком до Киевского вокзала, откуда уже на маршрутке поехала домой. Получилась чудесная, прохладная прогулка - с речки дул ветер. И самым чудесным моментом был фонтан на площади Европы - от него летели мелкие брызги прямо на горячие плечи и лицо... Просто чудесно.

Вот несколько сегодняшних фотографий.

Шерлок Холмс и доктор Ватсон у английского посольства на набережной

Панорама с видом на Киевский вокзал
Здание Хамовнического суда, где был последний позорный процесс по делу Ходорковского

Мост Богдана Хмельницкого и вокзал. И Москва-Сити на горизонте
Площадь Европы. Киевский вокзал за прохладным фонтаном. Чудесное место!

четверг, 2 июня 2011 г.

несколько цитат из диалогов с Бродским

Пока листала, нашла еще несколько цитат из разговоров Волкова с Бродским. По-моему, они замечательны сами по себе и никаких комментариев не требуют.


ИБ (о знаментом суде, где его назвали тунеядцем): Самое смешное, что у меня за спиной сидели два лейтенанта, которые с интервалом в минуту, если не чаще, говорили мне  -  то  один, то другой: "Бродский, сидите прилично!", "Бродский, сидите нормально!", "Бродский, сидите как следует!", "Бродский, сидите  прилично!". Я очень хорошо помню: эта фамилия - "Бродский", после того, как я услышал ее бесчисленное количество раз - и от охраны, и от судьи, и от заседателя, и от адвоката,  и  от свидетелей - потеряла для меня всякое содержание. Это как в дзен-буддизме, знаете? Если ты повторяешь имя, оно исчезает. Эта  идея  даже имеет  прикладное  применение. Если ты, скажем, хочешь отделаться от мысли о Джордже Вашингтоне, повторяй: "Джордж Вашингтон,  Джордж  Вашингтон,  Джордж Вашингтон...  "  На  семнадцатый раз - может, и раньше, потому что для меня, скажем, это имя иностранное, - мысль о Джордже Вашингтоне становится  полным абсурдом. Таким  же  абсурдом быстро стал для меня и процесс.

ИБ: Ну у Ахматовой есть стихотворения, которые  просто  молитвы. Но  ведь  всякое  творчество  есть  по сути своей молитва. Всякое творчество направлено в ухо Всемогущего; В этом, собственно,  сущность  искусства.  Это безусловно. Стихотворение если и не молитва, то приводимо в движение тем же механизмом - молитвы.

ИБ: Индивидуализм Фроста иной:  это  осознание, что  надеяться  не  на  кого,  кроме  как  на  самого  себя.  У  Фроста есть замечательная фраза, которую я часто  вспоминаю.  Она  из  стихотворения  "A Servant  to  Servants",  монолога  безумной  женщины,  которую несколько раз запирали в сумасшедший дом.  И  она  объясняет,  что  ее  муж,  Лен,  всегда говорит: "...the best way out is always through". To есть единственный выход - это  сквозь. Или через. Что означает: единственный выход из ситуации – это продраться сквозь ситуацию, да?

Соломон Волков: В вашу защиту выступили многие  крупные  фигуры  русской культуры.  Конечно,  Ахматова, к кругу которой вы в тот период принадлежали. Но также Чуковский, Паустовский, Маршак. Некоторые из властителей  дум  того периода   отказались   быть  вовлеченными  в  это  дело.  Рассказывают,  что Солженицын, когда к нему обратились за поддержкой,  ответил,  что  не  будет вмешиваться,  поскольку  ни  одному  русскому  писателю преследования еще не повредили.

о смелости

Перечитываю "Диалоги с Бродским" Соломона Волкова. Так, вернее, пролистала. И опять наткнулась на место, которое каждый раз меня цепляет очень сильно.

Бродский рассказывает, как его отловили в издательстве два кгб-шника. И стали очень профессионально и вежливо на два голоса петь известную песню: "хотите, чтобы ваши книги были изданы, тогда стучите на знакомых..."

Бродский сначала общается с ними, потом ему это надоедает и он довольно резко и однозначно заканчивает разговор. И дальше он говорит Волкову:

ИБ: Вот такую отмочил им наглость. Но с другой стороны, страха перед ними у меня никакого не было. Потому что если ты отсидел три раза в тюрьме, то пугать тебя уже нечем. Чем - четвертым, пятым, шестым разом? (выделено мной - КМ)

Бродский на воспитательных
работах
Понимаете? Меня это поразило еще давным-давно, когда я читала это впервые. Потому что - да. Если ты сидел в тюрьме и там было ужасно, то тебя можно испугать именно этим. А Бродский этого искренне не понимает. И это не отвага, а скорее особенность отношения к собственной жизни. Сейчас объясню.

Это сейчас очень созвучно тому, что я чувствую после майских школ Ананда и еще некоторых событий моей жизни.

Это - может быть, самое важное, что мы можем сделать с собственным опытом. Кстати, очень люблю шутку: "Опыт - это такая штука, которая появляется сразу после того, как она была нужна".

Человек, переживший что-то сложное, что-то больное. Он может навсегда или надолго остаться испуганным и жить так, чтобы эта боль не повторилась. Помните, гениальный диалог из Служебного романа. Калугина рассказывает, что к ней ходил ... один человек. Долго ходил. А потом женился на ее подруге.

Новосельцев восклицает: "Но я не собираюсь жениться на вашей подруге!"
И она замечает в ответ: "У вас это и не получится. У меня нет подруг. Я их ликвидировала. Уничтожила"

Дальше звонит Вова и они уносятся спасать кошку. Помните?

Мы очень часто поступаем, делаем выбор, именно исходя из страхов. Очень часто мы даже не понимаем, что нас побуждает поступить так или иначе именно страх.

А вот Бродский считает иначе - если в моей жизни это случилось и я с этим справился, то больше я этого бояться не буду. Я справлюсь.

Это потрясающе, да?

Чуть-чуть смещаем акцент и получаем совершенно другую жизненную философию.

Не "мне было больно", а "я справился, я умею, поэтому мне больше не страшно".

Как мне это нравится! И насколько богаче и прекраснее может быть жизнь, если воспринимать свой опыт именно как опыт, который делает нас сильными, сложными... и отважными!


Кто нужен ветру истории

В книге о Льве Толстом зацепилась за упоминание о том, что он хотел написать книгу о Петре Первом, тщательно изучал материалы и отказался от своего намерения - Лев Николаевич был страшно удручен ничтожностью личности "великого царя", его образом жизни. Личность Петра показалась ему страшно не соответствующей масштабу изменений в России, глобальным переворотам, случившимся в годы его пьяного, жестокого, иной раз почти безумного царствования.

И я подумала, ведь мы знаем еще одного правителя - недоучку с мелкокриминальным прошлым, неуравновешенного сначала и откровенно психически больного к концу. С неглубоким, хитрым, жестоким умом. При котором, тем не менее, была создана и укреплена сильная необычная страна, выстоявшая в чудовищной войне. Создан новый в истории режим партийного правительства, диктата одной, не самой прекрасной партии.

Возможно, так случается - когда дует мощнейший ветер социальных измнений, необходимых для страны, чтобы провести его правильно, реализовать сложную и непонятную потребность истории - нужен пустой, ничтожный человек. Который не будет вкладывать свой ум и свои теории (за неимением оных), не станет жалеть людей из-за врожденной неспособности к состраданию. Чем более пустой человек, тем сильнее и проще будет "историческому ветру" продуть страну и изменить ее.

Из чего можно сделать вывод, что события, произшедшие в период правления такого человека, были неизбежны и неотвратимы.

Вспомнила еще хороший, правда, не совсем точный пример: книга Стивена Фрая "Как творить историю". Там герои находят способ уничтожить Адольфа Гитлера буквально в зародыше. И на его место встает человек намного более умный, приятный, умеющий стратегически мыслить. Соответственно, Германия выигрывает войну и оказывает чудовищное воздействие на все остальные страны, в том числе в войне участия не принимавшие. Мир оказывается намного более ужасным, чем до вмешательства в ход истории. И приходится героям, уже в новых обстоятельствах, пытаться отыграть все назад... Хорошая, кстати, книга, мне понравилась.

Ну вот так. Интересно, что далеко не всегда пустые и мелкие правители приходят к власти на период сильных изменений. Например, сейчас - вроде бы никакого исторического ветра, хотя, казалось бы, путь ему открыт. Ну и хорошо, правда?