коллекционеры

Коллекция тостеров

Увидела фотографию смеющейся женщины, которая коллекционирует чайные пакетики – чуть ли не купающейся в них. Забавно...

Вообще, чего только люди не коллекционируют: и мыло, и зубные щетки... что угодно... Например, коллекционеры презервативов совершенно серьезно делят свое сообщество на две части – тех, кто коллекционирует новые (неиспользованные) и тех, кто... ну вы понимаете.

Но их, на мой взгляд, превзошел дядька, коллекционирующий пенисы. Он даже выставки устраивает и чуть ли не музей открыл – у него что-то около 50 пенисов разных животных. Коллекционер сетует, что для полноты собрания ему не хватает только одного, самого важного – человеческого. Учитывая пол коллекционера, это странно. 

Зовут его Sigurdur Hjartarson

Ну бывают же такие драгоценные части коллекции, которые не выставляют в залах, не показывают случайным людям и хранят в сейфе или спальне под кроватью. Мог бы так и он, я думаю – признать свой собственный член невыставляемой частью коллекции – и успокоиться. А то он даже как-то объявление давал, искал себе добровольца. Тьфу.

Есть коллекции банок из-под Кока-Колы, игрушек Happy Meal или наручников.

Собирать автографы – это так тривиально, но есть забавный человек, который просит звезд написать не их собственное, а его имя. Так что у него есть коллекция собственного имени, написанного разными известными людьми. Зовут его Paul Schmelzer, между прочим, не каждая звезда справится.

Но мне как-то милее не материальные коллекции. С детства очень любила коллекцию Магнуса Федоровича Редькина, описанную у Стругацких – собрание определений счастья, помните?

"В общем-то Редькин был неплохим человеком, очень трудолюбивым, очень упорным, начисто лишенным корыстолюбия. Он проделал громадную работу, собравши гигантскую коллекцию разнообразнейших определений счастья. Там были простейшие негативные определения ("Не в деньгах счастье"), простейшие позитивные определения ("Высшее удовлетворение, полное довольствие, успех, удача"), определения казуистические ("Счастье есть отсутствие несчастья") и парадоксальные ("Счастливей всех шуты, дураки, сущеглупые и нерадивые, ибо укоров совести они не знают, призраков и прочей нежити не страшатся, боязнью грядущих бедствий не терзаются, надеждой будущих благ не обольщаются").

    Магнус Федорович положил на стол коробочку с ключом и, недоверчиво глядя на нас исподлобья, сказал:

    — Я еще одно определение нашел.

    — Какое? — спросил я.

    — Что-то вроде стихов. Только там нет рифмы. Хотите?

    — Конечно, хотим, — сказал Роман.

    Магнус Федорович вынул записную книжку и, запинаясь, прочел:

Вы спрашиваете:

Что считаю

Я наивысшим счастьем на земле?

Две вещи:

Менять вот так же состоянье духа,

Как пенни выменял бы я на шиллинг,

И юной девушки услышать пенье

Вне моего пути, но вслед за тем,

Как у меня дорогу разузнала."

Коллекция Кока-Колы

Прекрасно же, а? Я даже как-то хотела продолжить дело Редькина и тоже такое пособирать, но потом закрутилась и забыла. Или слишком мало определений счастья на глаза попадалось?

У моей подруги Маргоши – она художник – есть серия картин, написанных в Крыму – на каждой из них небо. Разное, переливающееся цветами, строгое в облаках и отражающееся в море... Можно сказать, что у Марго – коллекция неба. Здорово?

А у другой подруги, Яны, специальное место в доме отведено под плиточки, которые ей привозят друзья из разных стран. Не везде продаются именно керамические плиточки, поэтому друзья чего только Яне не навезли, а она все это налепила в чудесном бессмысленном порядке. Это много больше, чем просто коллекция керамических изделий.

Я когда-то любила фотографировать дорожные указатели и знаки в разных странах, но это разбросалось, не собралось в коллекцию.

Но сейчас, после этой безумной недели, предвидя возможность наконец-то спокойно поработать в выходные, мне кажется самой прекрасной коллекция снов.

Я вообще очень люблю сны. Есть среди них такие, что я записывала, и здесь публиковала. Есть повторяющиеся. Пустая комната, залитая солнцем. Или сон, во время которого я иду к морю. Обычно в этом сне я знаю, что море недалеко, но нужно пройти по каким-нибудь улицам, буеракам-рекам-ракам... я очень радуюсь, если успеваю увидеть море, прежде, чем проснуться... 

Но сейчас мне кажутся прекрасным дополнением моей коллекции и сон с уютными незапоминающимися сновидениями, и сон вовсе без них, и всякие глупости, непонятные и даже во сне смешные, и бабочки с огромными крыльями, летающие лошади, золотые шары - и воздушные, и деревенские цветы - и улицы городов, по которым я хожу... Страшных снов в моей коллекции мало, а хороших и радостных много. И я знаю, что я сделаю сейчас, когда выключу компьютер – пойду-ка я за следующим экспонатом своей прекрасной, драгоценной коллекции... пусть я никогда не смогу устроить выставку, зато как приятен сам процесс.

Только никогда не накалывайте сны на булавки и не храните в альбомах – от этого они портятся! А впрочем, завтра, все завтра... мне пора...

сон о Башне

Сегодня под утро мне приснился сон. Мне снилось, что я поднимаюсь на огромном лифте вместе с компанией молодых и очень симпатичных людей. Лифт  это скорее площадка, как-то не очень уверенно огороженная, поэтому все жмутся к середине, где горят два факела прямо из пола. Это очень сильное, узкое, вытянутое вверх пламя – не как от костра, а скорее, как от специальной горелки.

Кто-то объясняет мне, что эти факелы – от атомного реактора и от них очень сильное излучение. Но нам радиоактивность не важна, потому что мы поднимаемся на Башню, чтобы спрыгнуть оттуда. Идея спрыгивания с Башни во сне мне кажется абсолютно правильной и разумной, так что я подсаживаюсь ближе к большому факелу и спокойно сижу рядом с ним.

Я вижу, что мы действительно поднимаемся на башню – похожую на Останкинскую, но еще раз в десять выше, совсем в небо. И сама Башня – огромнее Останкинской во всех измерениях.

Я помню, что мы приехали сюда, чтобы прыгнуть, что у нас осталось совсем немного времени, потому что доза радиации, полученная от факела, все равно нас совсем скоро убьет. Как-то очень уютно и разумно об этом рассуждаем с моими товарищами по лифту – как с давними друзьями.


Но мы все-таки решаем пойти погулять перед прыжком, и оказывается, что на верхней площадке Башни расположен целый город.


С одной стороны, он кажется обыкновенным – дома, улицы, с другой – там очень хорошо. Особенно прозрачный воздух. Необычный голубоватый свет – наверное, думаю я во сне, оттого, что это все очень далеко от земли. Какие-то удивительно симпатичные люди. Там просто очень хорошо быть, находиться, идти по улицам… Я помню об истекающем времени, но мне хочется продлить прогулку, еще хотя бы немного.


Забавный поворот сна – я думаю о том, что я должна спрыгнуть не просто так, а во имя чего-то – это, наверное, пьеса Эрдмана «Самоубийца», которую мы недавно смотрели, аукнулась. Но ни одна из идей не кажется действительно причиной для прыжка, это скорее забавные рассуждения. В то же время, я знаю, что причина есть, она естественная, и не вызывает у меня ни ужаса, ни сожаления, ни раздумий.

И вот так мой сон и заканчивается – я иду по светло-голубой, даже какой-то сиреневатой улице, расположенной высоко – очень высоко - в небе, вижу поодаль дома, людей, все по-зимнему, по-рассветному приглушенное, легкое, зыбкое. Я жалею о том, что у меня нет времени побыть здесь дольше – тикают внутри часы полученного облучения. И в тоже время грядущий прыжок тоже кажется каким-то далеким, не то, что необязательным, но необязательным прямо сейчас. Я даже останавливаюсь на чем-то вроде автобусной остановки и чего-то спокойно и доверчиво жду…
С этим и проснулась.

к чему бы такой сон?

Сегодня под утро мне снился странный сон. Как будто я прихожу к другу, которого забрали в милицию, вроде бы за участие в очередном митинге (пока что ничего странного). Я попадаю в помещение, где очень много разных людей: и арестованные всех возрастов и полов, и навещающие их друзья и родственники, и отчего-то целая куча журналистов, берущих интервью направо и налево. При этом присутствуют служители закона, охранники, но как-то номинально – они есть, но никак не вмешиваются в происходящее.

И вдруг вся эта огромная толпа куда-то перемещается. Люди поднимаются и начинают идти друг за другом, тащат свой скарб, запомнился мне огромный надувной кит, метров пять в длину. Сумки, авоськи, микрофоны – все приходит в движение и увлекает меня за собой. Сначала кажется – причем всем кажется – что просто всех отпустили на свободу.

Но мы идем по лестницам, проходим в двери, идем через комнаты, похожие не то на офис, не то на школу… и вдруг кто-то говорит: «Они просто пустили людей по кругу!» И я понимаю, что это действительно бессмысленное движение по огромному кругу – все возвращаются все в те же комнаты, идут по все тем же лестницам… 

И вдруг я вижу перед собой лестницу, которая очевидно ведет в другую сторону и очень даже возможно, что к выходу. Несколько человек нерешительно выбиваются из общего движения и начинают спускаться. При этом никто им не препятствует.  Я тоже подхожу к этой лестнице. Но те люди уже возвращаются, и я понимаю, что они побоялись спуститься – а вдруг там ловушка или тупик? Я вижу, что они не знают этого на самом деле, никто так и не прошел больше, чем один пролет.

И я стою и думаю: свобода там или ловушка? Идти со всеми по кругу – бессмысленно и вроде бы безопасно – хотя кто знает, безопасно ли, все-таки мы в чем-то вроде тюрьмы… Или рискнуть и выйти из Круга – именно так звучит этот вопрос у меня в спящей голове.

И тут я проснулась. Теперь думаю…

Сон о Карлсоне



Одним из персонажей моих
юношеских рассказов был
птеродактиль.
Но он почему-то не снится...



Давным-давно, когда мы были девчонками-школьницами, мы писали рассказы и рассказики и обменивались ими. Однажды я написала маленькую историю о том, как к девушке Стасе прилетает в окошко смешной студент-физик, изобретший специальный моторчик для индивидуальных полетов. Студент был высокий, тощий, длинноносый, умный, смешной. Звали его, разумеется, Карлсон.

И вот тут недавно, пару дней назад, он мне приснился.

Такой уже вполне взрослый дядька, все еще тощий и длинноносый. Работает в физической лаборатории какого-то подмосковного института.

Рассказал, что Стасе в какой-то момент надоело, что ее парень заявляется к ней через окно. Ей захотелось, чтобы ее мужчина поднимался к ней на лифте, с сумками из магазина, звонил в дверной звонок… ну и все такое прочее, обычное. Стася рассорилась с Карлсоном и завела роман с обычным дядькой. Прожила с ним что-то года два. Дядька покорно покупал сосиски и кефир в магазине и поднимался, пыхтя, по лестнице, когда лифт оказывался сломан. Потом Стася посмотрела на себя в зеркало и увидела глаза обыкновенной женщины. Зрелище это так ее поразило, что она моментально изгнала источник заразы и прилепила на балконе небольшой белый флажок. Карлсон, пролетая мимо, флажок заметил, но не поверил или не захотел считывать смысл.

Стася подождала, подумала, и пририсовала на флажок клеймо из рассказа О’Генри, помните? Там хозяйка ранчо заклеймила корову таким образом, чтобы ее возлюбленный увидел их знак и вернулся. Стася с Карлсоном таким значком-призывом в свое время не обзавелись, поэтому пришлось ей воспользоваться огенриным. На всякий случай она написала на бумажной ленте «Да, тебе я это, тебе!» и прилепила ее скотчем возле флажка. Рассчитывая на то, что с улицы надпись на 19 этаже не будет видна, а кому надо, тот мимо пролетит.

Ну и вернулся.

Тут я прервала Карлсона и спросила, а почему, собственно, он мне это все рассказывает?

- А кому еще? – спросил он спокойно – ты же меня придумала!

Спорить я не стала. Придумала я, все верно, имеет право сниться.

Потом он невнятно пожаловался на зарплату, на то, что нет возможности продвигать разработки, на то, что Сколково открыли, а большой настоящей науке от этого не полегчало. А потом сказал, что устал и что хочет, в общем, немногого – засыпать и просыпаться со своей Стасей, и носить ей пакеты из Ашана, и рассказывать ей по вечерам о работе, а по утрам – о своих снах. И время идет, а может, еще не поздно родить ребенка. Стася вроде не против, смирилась с тем, что балкон на зиму не заклеишь. Поставили стеклопакет, коврик у балконной двери постелили, ничего.  Но … тут Карлсон замялся: «Ну не жить же мне в квартире!!» - вдруг как-то обиженно сказал он, и посмотрел такими глазами, как мои коты смотрят, когда я предлагаю им пойти половить мышей у Перекрестка.

- Прости, пожалуйста, а где ты сейчас живешь? – поинтересовалась я.

- На крыше, конечно, а где же еще? – ответил он и подмигнул мне от очевидности ответа.  И вдруг стало понятно, что это – настоящий Карлсон, возможно, последний представитель маленького народца из скандинавских сказок. А то, что физик, что длинноносый и что рюкзак за плечами – так это он развлекается так.

Я подумала и сказала: «А ты Стасе предлагал переселиться к тебе на крышу?»

- А ты думаешь, она согласится? - спросил он. И ушел через балкон, а я проснулась.

Ехала сегодня на работу и думала. И действительно, интересно, согласится ли она жить с Карлсоном на крыше? Нет, ну понятно, что скорее всего – нет, а все же? Может, он потом еще приснится, расскажет?

Сон

Начала утром записывать, по горячим следам, но удалось закончить только сейчас. Ну и пятницы пошли.

Мне сегодня приснилось, что мы с дочерью организуем концерт-квартирник. Такие, как были в период молодого Гребенщикова и живого Майка Науменко. Вернее, даже дочь в основном организует, а я так – на подхвате.

А приходят к нам на квартирнике побренчать и деньжат надыбать (тема денег все время так или иначе поднималась, то есть мероприятие было не благотворительное ) – Битлз.

Сон был очень явный, с множеством реалистичных деталей. Чего стоила только моя мама, которая что-то такое обычное говорила мне, стоя в коридоре – один  из тех разговоров, что случаются неизбежно и регулярно. А в дверь вошел первый из наших музыкантов и пытался уже начать общаться. «Мама, - сказала я – ты посмотри, кто к нам пришел!» - «А, - рассеянно узнала мама – Джон» - и тут же перешла на английский. Моя мама - страстный преподаватель английского и топтавшийся в прихожей Джон Леннон – живой, постаревший, но абсолютно узнаваемый – был для нее только поводом еще раз поупражняться. (К слову, в реальной жизни было бы точно так, наверняка).

Во сне они все были живыми. Они все соответствовали, плюс-минус тому возрасту, какой у них был бы сейчас. Все четверо. Мы разговаривали. Я помню, что я с любопытством рассматривала постаревшего Джона, думая о том, как интересно возраст обошелся с его длинным лицом (красивое, серьезное и благородное лицо получилось).

Мне запомнилось, что в какой-то момент я пошла сердито выяснять отношения на тему «ну сколько можно жрать, давайте пойте уже, все очень ждут». Помню, что пыталась оторвать какую-то незнакомую дамочку от Пола, потому что она задавала ему вопросы о его женах, явно собираясь вклиниться между ними в удобный момент. Причем во сне я прекрасно помнила, что Пол и Джон – очень богаты, но почему-то это не мешало идее квартирного концерта.

В окно светило солнце, все были легко, по-летнему одеты.

Закончился сон очень хорошо: мы с дочерью и все четыре музыканта сидели на плоской крыше очень высокого здания. Помню, Ринго надел темные очки и подставил лицо солнцу. Мы болтали о чем-то, а внизу гремел трамвай. Дул приятный ветер и казалось, что лето не кончится никогда.

Отличный был сон, просто замечательный. И отчего-то было так приятно повидать их всех – как если бы они были друзьями взаправду, с юности. Хотя, конечно, люди, которые были с тобой в разные периоды жизни, часто, пусть и на несколько минут в день – могут считаться друзьями. Иной раз звонок подруги: «Привет, как дела?» играет такую же важную роль в том, чтобы дожить день до конца, как и звуки  “It was a hard day’s night” или “With a little help of my friends”.

Вот только жалко, что сам концерт мне не приснился – вся возня, суматоха, приготовления и даже беседа после – да, а вот музыка –нет. Обидно. А вдруг они бы сыграли именно то, что играл бы сейчас Битлз, если бы они могли опять собраться вместе?

сон о самолете

Примечание: Я написала этот текст в четверг утром, продрав глаза. И сразу опубликовала. Но сегодня блоггер целый день был закрыт на техобслуживание, а когда он открылся - этого текста почему-то не было... Может, и не надо было его восстанавливать, но я нашла его на другом сайте - Paperblog'е, откуда и вернула домой... Все равно такое странное чувство, что восстановленный текст утратил нервное дыхание, которым обладал тот, первый. Но ладно, пусть уж все-таки будет.

Мне сегодня приснился странный и страшный сон.

Мне снилось, что я улетаю из Питера в компании коллег и приятелей. Наяву я ни одного из этих людей не помню и не знаю, но во сне это была симпатичная компания - как если бы фирма вывезла своих людей на семинар или модный сейчас тим-билдинг. Там были и молодые ребята, и люди постарше, но все друг друга знали и все относились друг к другу хорошо.

Мне снилось, что ночь и хочется домой, и мы все стоим уже у гейта - то есть окончательного выхода на летное поле, к самолету. Все было ужасно реально, в деталях - и девушка, проверяющая посадочные талоны, и стойка, и сам гейт.

И тут, кто-то из наших, кто вышел чуть раньше меня, возвращается со словами: "Да они же там пьяные". Я выхожу и вижу - действительно в автобус заходит команда пилотов и стюардесс, помятые, пьяные, опухшие, с невнятной речью и дурным запахом - какие-то переодетые бомжи, а не пилоты.

Но они как будто в другой автобус заходят, не в общий, и едут уже к самолету.

А я забегаю в автобус, где, напомню, большая часть людей - мои коллеги - и говорю: "Ребята, они там пьяные, это опасно, давайте не полетим!" - и возвращаюсь назад, к гейту. За мной выходят несколько человек, но совсем немного, остальным вроде неудобно или просто не хочется нарушать уже заведенный ход событий.

Я бегу к телефону, который стоит на стойке у выхода, прошу девушку соединить меня с кем-нибудь из руководства аэропорта, пытаюсь объяснить ситуацию. Но чувствую по голосу, что ко мне не относятся серьезно, отбалтываются словами типа "Да-да, мы непременно разберемся".

Мы, оставшиеся, подходим к окну и смотрим, как самолет взлетает. И так хочется, чтобы он взлетел нормально.

Взлет идет как всегда: взревывают моторы, закрылки выпущены, самолет набирает скорость, вот отрываются от земли передние колеса, нос поднимается вверх, потом отрываются и задние, вот он пошел набирать высоту... Облегченно вздохнув, я поворачиваюсь к тем людям, которые послушали меня, с легким чувством вины - и вдруг слышу чей-то крик. Обернувшись, вижу, как этот самолет опускается вертикально носом вниз и так медленно (наверное, на самом деле это бы выглядело точно так же) падает - почти что грациозно и в то же время видно, какой он тяжелый. И как это все безнадежно. Я вижу, как сминается его корпус, отваливаются детали, как переламываются крылья...

И я плачу, и бегу со всех ног на поле - а вдруг можно кому-то помочь, но там закрытые двери, и я утыкаюсь в них и думаю - но ведь я сделала все, что могла. Только то, что могла. Но почему я не сделала больше? Почему я не сделала того, чего не могу? Не вцепилась в горло пьяному пилоту? Не легла под колеса отъезжавшего автобуса? Не ворвалась лично в кабинет ген.директора? Почему я не сделала чего-то невозможного???

И с этим я проснулась, от собственного ужаса и слез.

И теперь вот думаю.

Я действительно во всех ситуациях делаю только то, что могу. Но стараюсь сделать все, что могу.

Но наверное иногда надо делать и то, чего я не могу. Делать больше.

Делать невозможное.

Но как? И как угадать момент для этого невозможного? И в каких ситуациях это нужно, а в каких  нет? И о чем, интересно, на самом деле был мой сон???

две небольшие цитаты с длинным сонным предисловием

Такой сонный день. Так хочется спрятаться куда-нибудь за диван или под стол от всех ежедневных взрослых дел. Не читать и не писать отчет. Не мыть посуду. (Как интересно - у меня давным-давно есть посудомойка, а до сих пор в голову приходит мысль, что не хочется мыть посуду...) 

Хочется читать книжку и совсем забыть обо всем. Или увидеть сон о каком-нибудь совершенно другом месте, и как следует, долго и со вкусом там гулять.

Я сегодня читала статью о Лондоне, там упоминался Гайд-парк, где я была когда-то, и другой парк, Риджент. И вдруг я «вспомнила» - ну да, Риджент-парк, я же жила там рядом, гуляла – и дом вспомнила, и вид из окна, и дорожку через парк, которой ходила, улыбаясь вежливым английским собачкам.

Катти Сарк

А еще потом вспомнила, уже по-настоящему, что никогда не жила в Лондоне – ни у парка, ни в каком другом месте. Были там два дня во время круиза, это да. Ночевали на корабле, стоящем в Гринвиче на Темзе. (недалеко от прекрасного чайного клипера Катти Сарк, который потом сгорел, а очень жаль) Видели все самое главное, туристическое и попсовое. И еще я прогуляла одну из экскурсий, чтобы побывать у Шерлока Холмса на Бейкер-стрит, 221.  

А это все – Риджент-парк, дом, окно, собачки – мне просто снились когда-то. Но так явно, что память запихнула это все на полку, где лежат иные, реальные события и путешествия…

Странный день сегодня, сонный.  Хочется, чтобы жизнь стала другой, чтобы изменилось что-то важное или просто приснилось, что ли.

Я помню, как болела скарлатиной, уже довольно большой – классе в восьмом. Болела тяжело, долго и очень долго потом отлеживалась, приходила в себя, благо все равно болезнь требует карантина, и в школу меня не гнали. К этому времени я почти прикончила нашу домашнюю библиотеку и мама стала приносить мне книги из университетской. Университетской библиотеки на скарлатину хватило. Я прочла тогда всех основных французов и англичан 18-19 веков. Практически всю европейскую классику.

Интересно, что такое - жизнь?

По дороге я читала книгу Ирвина Ялома «Мама и смысл жизни» - это очерки известного психотерапевта о разных случаях и проблемах, в том числе и его собственных. Но больше всего меня зацепили одна вещь (из его рассказа о работе с группой неизлечимых больных). Он неоднократно слышал, как люди говорят: «Ну почему я по-настоящему научилась жить только сейчас, когда мое тело изрешечено раком?»

И я думаю, что же это значит – жить по-настоящему? Я так часто ставила возможность счастья и «настоящей жизни» в зависимость от внешних обстоятельств. Если меня полюбит этот мужчина… Если у меня будет машина… Если  я смогу зарабатывать больше денег… И часто эти желания исполнялись, но к сожалению, никогда это не становилось дверью в жизнь. Жизнь – это что-то другое. Но как жить? И в чем смысл всего этого? Слова пациентов Ялома снова меня подтолкнули к мыслям об этом – ведь для больного человека многие внешние возможности закрыты и закрыты навсегда. А тем не менее, они начинали чувствовать свою настоящую жизнь. Что же это? И чему надо научиться? И можно ли научиться этому?

сегодняшний сон - кошмара не вышло...

А под утро мне приснился сон, который вполне мог бы превратиться в кошмар.

Мне снилось, что я опять на работе (нет-нет, здесь еще пока не страшно). На какой-то новой, но также организовано пространство - open space, то есть одна огромная комната, где все и сидят, а в конце комнаты - что-то вроде кухни.

Рядом со мной вдруг обнаружился хороший знакомый, коллега по одной из бывших работ, и я искренне ему обрадовалась. То есть такой реалистичный, обыденный сон. Столы с компьютерами, знакомое лицо, "Ой и ты здесь? Как здорово! А чем занимаешься?"

Мы отошли с ним налить кофе и вдруг (та-ра-та-там!!) - обернувшись, я увидела, что офис абсолютно пуст и темен. И только какой-то угрожающий сгусток темноты, нелепо виляя, ползет по полу в нашу сторону.

Я спросила своего коллегу: "Это что - триллер?" - как если бы у снов были жанры и нам надо было срочно определиться со своим.

На что он вдруг как-то раздраженно и укоризненно ответил: "Понятия не имею, это же твой сон, а не мой! Спроси лучше у уборщицы!" и я увидела, что сгусток темноты на самом деле - уборщица, моющая пол.

Мне стало так смешно, что я проснулась.

Приятно проснуться от собственного смеха.

А сейчас подумала, а хорошо бы и от жизни проснуться также. То есть, умер, смеясь, и говоришь на той стороне: "ой, мне такая смешная жизнь случилась!! Один раз чуть не превратилась в триллер, но ты же меня знаешь, обязательно надо схохмить невовремя... так что кошмара не вышло..."

Куда летим?

... а под утро мне приснился сон. Ну, те, кто меня знает, уже улыбаются - мне часто снятся смешные, яркие, фантастические сны, как будто позаимствованные у десятилетнего мальчишки. Мне снятся динозавры, космические корабли, гигантские обезьяны, Гарри Поттер и, как правило, много солнца.

Но этот сон был совсем другим. Аэропорт, небольшой, типичный провинциальный аэропорт начинался прямо в парке, похожем на мои любимые Сокольники. Прямо в конце аллеи стояла стойка регистрации, а за ней - паспортный контроль. А я сидела на скамейке и пыталась вспомнить, куда мне надо лететь. Собственно, если вкратце - то все. Такой долгий сон.

У меня был электронный билет, а бумаги я забыла дома, с собой был только паспорт. Что на самом деле не важно - с электронным билетом бумажки не нужны. Но нужно знать свой рейс, в этом-то и была проблема.

Я сидела и пыталась вспомнить, перебирая знакомые и незнакомые города (единственное, в чем была уверена, что город - российский). Пыталась вспомнить, лечу ли я по рабочему проекту или же просто решила прогуляться, посмотреть - но что?? Думала, что надо поехать домой за бумажкой, на которой написан пункт назначения, но отчего-то знала, что бессмысленно - не успею.

И тогда я просто стала смотреть, как на противоположной стороне аллеи моя давняя знакомая выгуливает двух огромных собак. Иногда она поднимала голову и приветливо улыбалась мне, но собаки были такие огромные, что подойти я побоялась. Или просто сил не было.

Сон странный, совершенно мне не свойственный. О растерянности. О том, что жизнь меняется, а я и не знаю, что с этим делать. О том, что прошлого нет, будущего нет, и я болтаюсь как карандаш в пенале. И тот немудреный факт, что так было и будет всегда и для всех - прошлого уже нет, о будущем мы никогда ничего не знаем - ну так же? Стабильность - миф, обманка...

И даже сейчас нет-нет, да и задумаюсь - господи, куда же мне лететь???

о грибах и немного - о шпротах

Вспоминали передачу Сергея Курехина и Сергея Шолохова о том, что Ленин – гриб. Это было в те времена, когда люди еще приводили в качестве аргумента «это по телевизору показывали». После того, как два прилично одетых человека с умными лицами объяснили народу, что Ленин был грибом, на студию повалили письма с вопросами – почему же им раньше об этом не сказали??

Опять залезла в сонник. И о грибах узнала много интересного, вот, например:

Много грибов со своего тела собирать – бездеятельной жизнью наслаждаться.

Символизируют кратковременный позитивный эротизм. (хорошо, конечно, что позитивный; но жаль, что кратковременный - КМ)

Если во сне вы ощущаете себя грибом – значит, наяву вам придется взять на себя большую ответственность. (Интересно, что нужно съесть на ночь, чтобы во сне ощутить себя грибом? Возможно, для этого достаточно быть Лениным?)

И заодно посмотрела другие сны - в смысле - толкования. Например, по мнению авторов сонника, человеку может присниться прекрасный сон (и главное – не поспоришь):

Шпроты – вы будете находиться в месте, где полно народу.

(«Все говорят, что мы вместе, но никто не скажет в каком»… Кортнев)

интересно, к чему бы это?

Иногда снятся сны, в которых есть какой-то ясный, запоминающийся символ. И потом просыпаешься и думаешь: интересно, к чему бы это? Лезешь в сонник, а там…


Меня всегда ужасно радовали люди, сочиняющие сонники. И не толкования, нет, а те сны, которые, по мнению этих людей, могут кому-то присниться.

Например, есть такой вариант сна: «если вам приснился ребенок, падающий в колодец…» С чего мне такое будет сниться, объясните мне, пожалуйста! Ну ладно, хорошо, возможно, раньше было больше и детей, и колодцев, и во сне они как-то могли пересечься… А как вам вот такое: «Сон, в котором вам снится рыба с человеческим лицом, предвещает угрозу ядерной войны» Кто и когда это придумал?? Какая бабка-ясновидящая в 17 веке сказала, мрачно, видимо, поплевывая на пепел трех сухих летучих мышей: «К ядреной войне это, милочка… ах рыба была брюнет?? – тогда к ядерной…»


Если вам мало ядерной войны или лицо у рыбы во сне было не совсем человеческое, то читаем дальше: «Видеть в сновидении, как одна рыба нападает на другую, - атака подводных лодок». Боже мой, сейчас, сидя на своей работе, и собираясь пересчитывать бюджет, о! Почему мне не приснилось, как одна рыба нападает на другую? Как прекрасны были бы подводные лодки в нашем внутреннем унылом дворике, про который сотрудники говорят: «пойдем, сделаем кружок по периметру»!


А впрочем, «Сон, в котором вы увидели живого карпа, указывает на вашу стойкость и выносливость» Да-да, вот как сейчас помню, плывет он этак, а на плавнике бэйджик приколот «карп (живой)». И лицо человеческое-человеческое… И говорит мне: «Бюджет сделай, а то еще не такое приснится!»

сон о том, что выход есть

Под утро мне приснилось, как будто я в странном месте. И там наверху есть комната, где дети, и книги, и что-то хорошее - но эта комната закрыта. Я попадаю туда, залезая по шнуру от люстры, который идет через все этажи насквозь - и лезть было так легко и приятно, как в школе на занятиях физкультурой. Но, как только я попадаю в эту комнату, шнур оказывается обрезанным, и спуститься по нему обратно уже нельзя. Кроме меня, там еще какие-то люди и мы все ищем выход - опять-таки не со страхом, а скорее с интересом, как в игре. Мы открываем дверцы, заглядываем в разные углы, но выхода как будто нет. И вдруг одна из нас, какая-то немолодая женщина, говорит, что выход - вот он. Оказывается, это самая обычная лестница - как во всех домах: дверь на лестничную клетку и ступеньки вниз. Женщина объясняет, что этот тривиальный выход был замаскирован бумагой и так раскрашен, что казалось, что его нет... Надо было просто разорвать бумагу.


Стоит упомянуть, что я сейчас нахожусь в несколько сложной ситуации и мне тоже иногда кажется, что выход найти сложно.


Поэтому было так здорово: я целый день то и дело вспоминала этот сон, улыбалась и говорила: "Выход есть, это обычная лестница, ничего сложного"


Но самое удивительное, это то, что мне действительно снятся такие странные сны. Старик Фрейд, поди, улыбается в усы... Это что, я вам потом, позже, еще сон про мумию Ленина расскажу!

Сон о счастье

Во сне меня вдруг охватило ощущение, что в моей жизни происходит что-то прекрасное, что-то замечательное. Я проснулась от чувства счастья и сказала «наконец-то!» - и опять крепко заснула

сон о надувном матрасе

Я лежала на надувном матрасе прямо на улице, под звездным небом. Это было в Сокольниках у пруда. Я вдруг подумала, что люди не летают только оттого, что не пробуют делать этого, а на самом деле я это умею. Я сделала усилие всем телом, лежащим горизонтально, и также горизонтально вдруг полетела вся, всем телом одновременно – вверх – и звезды страшно надвинулись на меня. Я испугалась, что упаду – и начала падать.

И проснулась.


Похоже, это был сон о смерти.